Казалось бы, доступ к данным должен делать людей более осознанными, способными к критическому мышлению и самостоятельным решениям. Однако действительность выглядит иначе. Наблюдая за публичными дискуссиями, политическими процессами и даже корпоративной этикой, можно прийти к неутешительному выводу: разрыв понимания между теми, кто управляет, и теми, кем управляют, не только не сокращается, но и целенаправленно увеличивается.
Почему же это происходит?
Чтобы ответить на этот вопрос, стоит задуматься о самой природе управления. Многие современные теоретики, как ни цинично это звучит, прямо заявляют: если дать людям полную и достоверную информацию, то привычные рычаги управления перестанут работать.
Ведь управление, построенное на диктате или манипуляции, держится исключительно на том, что наверху понимают больше, а внизу вынуждены верить или подчиняться. Как только этот дисбаланс исчезает, старая модель рушится. Именно поэтому разрыв понимания становится не побочным эффектом, а сознательно поддерживаемой целью.
Любопытно, что этот процесс приобретает форму абсурда, который многие замечают в повседневной жизни. Усложняются законы, растут объёмы отчётности, множатся противоречивые экспертные мнения. В итоге обычный человек, даже обладающий доступом к интернету и образованием, оказывается в ситуации, когда любая попытка разобраться в вопросе требует столько времени и усилий, что проще делегировать понимание специалистам.
Так создаётся иллюзия выбора при полной невозможности проверить факты. Иными словами, не дать человеку состояться в качестве человека разумного — вот единственная задача, которая решается подобными механизмами.
Показательно, что когда верхние слои общества или управленческие элиты начинают проваливаться — терять авторитет, совершать ошибки или демонстрировать некомпетентность — они не стремятся выровнять уровень понимания.
Напротив, избранная стратегия заключается в том, чтобы опустить низы ещё ниже. Ведь если разрыв сокращается, «управление» перестаёт быть абсолютным. Поэтому вместо просвещения запускаются кампании по отвлечению внимания, вместо образования — дрессировка, а вместо диалога — монолог, замаскированный под дискуссию.
В результате общество оказывается в замкнутом круге. С одной стороны, технологии и наука позволяют каждому получить знания, сопоставимые с университетскими. С другой — насаждается культура непонимания, где сложность выдается за недоступность, а уверенность в своей правоте — за единственно верную истину.
Человек разумный в такой системе — угроза. Ему трудно внушить страх, навязать ложные потребности или заставить действовать вопреки своим интересам. Именно поэтому все усилия направлены не на развитие, а на поддержание того самого разрыва понимания.
Наблюдая этот абсурд, остаётся лишь констатировать: пока сохранение неравенства в доступе к смыслу считается более важным, чем общая осознанность, человечество будет топтаться на месте.
Или, хуже того, откатываться назад, к формам существования, где разум не нужен, потому что он мешает. Вопрос лишь в том, заметит ли это общество достаточно рано, чтобы попытаться что-то изменить. Или же разрыв понимания станет окончательной нормой, за которой уже не будет никого, способного этот разрыв осознать.
