Недавно, слушая новости, я поймала себя на мысли, как интересно иногда политики умеют подбирать метафоры. Вспомнилось высказывание одного бывшего европейского чиновника, который сравнил Европу с цветущим садом, окруженным дикими джунглями. Смысл этой фразы был прозрачен: есть исключительная, гармоничная зона развития, а вокруг — хаос и опасность.
И знаете, эта аналогия не выходит у меня из головы, но сейчас я смотрю на нее под совершенно другим углом. Мне кажется, этот образ идеально подходит для описания того, что у нас в России сейчас называют модным словосочетанием — корпоративная экосистема.
Мы живем в эпоху, когда каждая крупная компания стремится стать для нас всем. Банки превращаются в маркетплейсы, операторы связи — в IT-гигантов, а такси начинает доставлять еду и лекарства. Нам говорят, что это удобно. Нам обещают гармоничное пространство, где закрываются все потребности: от кредита до билета в кино. Но за этим фасадом сада скрывается реальность, о которой не принято говорить в глянцевых рекламных роликах.
Откуда ноги растут у сада
Давайте на минуту задержимся на этой метафоре. Если есть сад, значит, есть и садовник. Кто он в контексте корпоративной экосистемы? Это топ-менеджмент и акционеры. Именно они решают, какие деревья будут плодоносить, а какие пойдут под срез. Именно они определяют, кому достанется живительная влага (читай: финансирование и бонусы), а кому придется довольствоваться остатками дождя.
Я часто задаюсь вопросом: а знают ли рядовые сотрудники этих огромных структур, что они являются частью некой экосистемы? Или для них это просто очередное место работы, где нужно выполнять план и не высовываться?
Мой личный опыт общения с людьми из низовки небольших российских организаций, к сожалению, рисует довольно мрачную картину.
Реальность одного отделения
Я вспоминаю свой визит в отделение одного из самых разрекламированных банков, который громче всех кричит о построении экосистемы. Обычный рабочий день. В зале — уставшая, агрессивная толпа клиентов, многие из которых пришли решать проблемы, возникшие по вине бесшовных цифровых сервисов. А за стойкой — операционистки. Девушки, у которых, кажется, нет ни секунды покоя.
Наблюдая за этой картиной, я невольно задалась вопросом:
- А где же здесь экосистема для них? Где та самая среда гармоничного существования и развития?
Вместо комнаты психологической разгрузки (которая в таких отделениях даже не предусмотрена) — бесконечный поток недовольных людей. Вместо заботы о сотруднике — жесткая система стимулирования, которая больше напоминает пуповыжималку, как выразился один мой знакомый. Штрафы за невыполнение плана продаж, гонка за показателями, отсутствие права на ошибку.
И тогда возникает закономерный вопрос: для кого же на самом деле создается эта корпоративная экосистема? WB, который часто приводят в пример, со своими жесточайшими условиями труда на складах, на этом фоне начинает казаться чуть ли не курортом.
Двойные стандарты одного сада
Мы слышим красивые слова о симбиозе и взаимовыгодном существовании всех элементов системы. Но давайте посмотрим правде в глаза. В любой крупной структуре существует негласная иерархия. И условия существования на разных ее уровнях различаются кардинально.
- Верхушка деревьев (Топ-менеджмент).
Это те, кто наслаждается плодами сада. Огромные бонусы, золотые парашюты, опционы, преференции, комфортные условия труда. Для них корпоративная экосистема действительно работает — она приносит дивиденды, власть и статус. - Среднее звено (Садовники).
Руководители среднего звена находятся в подвешенном состоянии. С одной стороны, у них уже есть доступ к некоторым«экоплюшкам. С другой — именно на них лежит ответственность за то, чтобы «джунгли» не буйствовали. Они — буфер между элитой и работниками. Их задача — выжимать максимум из подчиненных, получая за это чуть более комфортные условия, чем у тех, кто в окопах. - Корни и почва (Рядовые сотрудники).
Это основа любой компании. Люди, которые каждый день долбятся по-черному, обеспечивая бесперебойную работу всех сервисов. Им меньше всего рассказывают о высокой миссии и гармонии. Их мир — это план продаж, нормы выработки и страх ошибки. Для них экосистема оборачивается джунглями, где выживает сильнейший и самый послушный.
Ложная посыла
Меня тревожит не сама по себе идея экосистемы, а та ложная посылка, которая в нее закладывается маркетологами. Нам пытаются внушить, что это нечто органическое, естественное и справедливое для всех участников.
Но так ли это?
Чем больше я об этом думаю, тем больше вижу сходство с той самой политической метафорой. Для избранных — цветущий сад с ручьями из шампанского. А для всех остальных — джунгли, которые этот сад удобряют и питают своей энергией, здоровьем и временем. Получается не экосистема, а жесткая стратификация, замаскированная под заботу.
Есть ли выход из джунглей?
Мне очень интересно мнение тех, кто прямо сейчас работает внутри этих огромных машин. Слышите ли вы эти разговоры об экосистеме? Чувствуете ли вы себя ее частью? Или, может быть, для вас это просто очередное место работы, где нужно любой ценой выполнять KPI?
Я подозреваю, что для подавляющего большинства ответ будет не в пользу красивой метафоры. Слишком часто забота об экосистеме оборачивается ужесточением контроля, а гармоничное развитие — бесконечными тренингами по повышению продаж, которые не имеют ничего общего с реальной поддержкой.
Корпоративная экосистема — это замечательный термин, но он требует честного наполнения. Экосистема не может существовать, если она истощает собственные ресурсы. Она не может быть здоровой, если в ней есть кастовое разделение на садовников и сорняки.
Давайте попробуем вместе разобраться в этом феномене. Я призываю вас взглянуть на свою работу критически. Действительно ли условия, в которых вы трудитесь, напоминают гармоничный сад, где ценят каждого? Или это все-таки джунгли, где выживание — личная проблема каждого, а все блага достаются лишь тем, кто смог пробраться поближе к кормушке?
Кстати, если вам интересно глубже изучить темы корпоративной культуры и здоровых отношений в коллективе, я часто поднимаю эти вопросы на своих постах. Вы можете найти информацию на моем канале.
